Психотерапевтический центр Фалеевой  


Эффективность трансовой психотерапии при лечении психосоматических заболеваний (клинические и психологические аспекты)

Фалеева Вера Викторовна

Доклад на научно-практической конференции по психологии и психотерапии.
г. Харьков, 17—18 февраля 2005г.

Резюме. В статье проводится сравнительное исследование эффективности трансовой психотерапии, а также ее преимуществ перед суггестивными психотерапевтическими методиками при лечении психосоматических заболеваний.
Ключевые слова: психосоматические заболевания, трансовая психотерапия, сравнительный анализ.

Abstract. The paper describes comparative analysis of the efficiency of trance psychotherapy, as well as its advantages over suggestive psychotherapeutic procedures used in treatment of psychosomatic diseases.
Key words: psychosomatic diseases, trance psychotherapy, comparative analysis

Резюме. Стаття містить порівняльне дослідження ефективності трансової психотерапії, а також її переваг перед сугестивними психотерапевтичними методиками при лікуванні психосоматичних захворювань.
Ключові слова: психосоматичне захворювання, трансова психотерапія, порівняльний аналіз.

Психосоматическая проблема, интерпретирующая роль психологических факторов в происхождении и развитии болезней, имеет такую же длительную историю развития, как и медицина в целом.

Термин «психосоматика» появился в 1818г. Он был предложен немецким врачем R. Heinroth, назвавшим «психосоматическими» соматические феномены, возникновение которых изначально было более связанным с психоэмоциональными нарушениями. В современной медицине термин «психосоматический» используется как в узком смысле, применительно к конкретной группе заболеваний, так и в широком смысле, как научно-практический подход, применяемый к любому виду патологии. Данный подход реализуется в рамках целостного изучения, интерпритации и формирования направлений оказания практической помощи и профилактики данной группы заболеваний с учетом множественных этиологических факторов [1].

Современные представления о биопсихосоциальной концепции болезни, сменившей в 70-е годы биомедицинскую модель, соответствуют положениям о том, что по существу вся медицина является психосоматической. Это связано с тем, что в этиопатогенез любого заболевания в большей или меньшей степени включены психологические и психосоциальные факторы, влияющие в той или иной степени на ход течения и исход болезни. «Нет только психических или соматических болезней, а есть лишь живой процесс в живом организме; его жизненность и состоит в том, что он объединяет в себе и психическую, и соматическую сторону болезни». (Р.А.Лурия) [1].

В общем виде под термином «психосоматические расстройства» большинство авторов понимают нарушение функций внутренних органов и систем, возникновение и развитие которых в наибольшей степени связано с нервно-психическими факторами, переживанием острой или хронической психической травмы, специфическими особенностями эмоционального реагирования личности.

Патогенез психосоматических расстройств чрезвычайно сложен и определяется сочетанием и динамичным взаимодействием основных факторов:

— неспецифической наследственной отягощенностью соматическими нарушениями;

— наследственной предрасположенностью к преимущественной локализации психосоматических расстройств (locus minoris resistentiae);

— нейрогуморальными динамическими сдвигами;

— специфическими особенностями эмоционального реагирования личности;

— психическим и физическим состоянием в период воздействия психотравмирующих событий;

— фоном неблагоприятных микро- и макросоциальных факторов;

— особенностями психотравмы (микро- и макростресс).

Таким образом, этиопатогенез психосоматических нарушений определяется комплексом воздействующих причин, структура которого совпадает с многоуровневой структурой функционирования организма человека [1].

Имеющаяся тенденция к увеличению распространенности психосоматических заболеваний, затяжному течению фармакологически зависимых и резистентных к терапии заболеваний данного происхождения, доминированию медикаментозных форм и методов терапии психосоматических расстройств, свидетельствуют о необходимости поиска новых форм и методов терапии данных состояний [2].

Психосоматический подход в практическом здравоохранении позволяет раскрыть социально-психологическую основу патологии человека, объяснить ее многообразие. С учетом этиологии (психологические причины) психосоматических заболеваний становится актуальным и оправданным применение психотерапии в комплексном лечении психосоматических заболеваний, которая может рассматриваться в данном случае как этиологическая.

Существуют некоторые принципиальные особенности психотерапии при психосоматических заболеваниях.

1. Так как у пациентов с психосоматической патологией нарушена функция интроспективной рефлексии своего эмоционального состояния, в работе с ними использование вербальных психотерапевтических методик является мало эффективным. Характерной особенностью данной группы пациентов является преобладание у них соматизированных эмоциональных расстройств, субъективно не расцениваемых как психическое расстройство. Алекситимические нарушения приводят к фокусировке эмоционального напряжения на соматическом уровне и отражаются в разнообразных телесных ощущениях и физических симптомах. Своеобразным соматическим радикалом невыраженных эмоций является возникновение напряжения мышц, что так же способствует искажению собственных
чувств [3].

Поэтому, при психосоматических заболеваниях преимущество отдается различным видам невербальной психотерапии (телестно-ориентированная терапия, гештальт-терапия, трансовая терапия и др.).

Лечебный эффект трансовых состояний прослеживается в вековых традициях всех народов мира. Изучение этих состояний изменило представление о значении информации в неосознанной части психики и ее влиянии на эмоциональное и соматическое здоровье человека. Современные знания в этой области позволяют подвести научную базу к их лечебному эффекту. Исследования в области изучения измененных состояний сознания во многом повлияли на традиционные взгляды в психотерапии. Понимание многомерности психики и ее областей, лежащих за пределами обычного сознания (биографическая, перинатальная, трансперсональная), требуют создания новых подходов и методов психотерапии [4].

В трансовых состояниях (измененные состояния сознания) используются возможности организма и психики как целостной самоорганизующейся биосистемы, способной к саморегуляции, динамической активизации и переработке глубинного материала в неосознанной сфере [5].

2. Другой важный принцип лечения психосоматических заболеваний связан с тем, что, проводя психотерапию, нельзя пренебрегать общей соматической терапией. Психотерапия не может выступать альтернативой соматического лечения. Она должна умело дополнять его.

3. Особое внимание должно отводится семейной психотерапии. Следует учитывать, что чаще всего причиной возникновения психосоматических заболеваний являются нарушенные внутрисемейные отношения и психологические травмы раннего детства. Необходимо наладить, насколько это возможно, кооперацию с семьей пациента в вопросах, касающихся психотерапии. Пренебрежение сотрудничеством психотерапевта с семьей пациента может стать причиной неудовлетворительных результатов при проведении психотерапии [6].

Целью данного исследования является оценка эффективности трансовой терапии для пациентов с соматоформными расстройствами, и психосоматическими заболеваниями.

Объектом исследования были 30 больных, которые находились на амбулаторном лечении в психосоматической клинике г. Киева и 30 пациентов (контрольная группа) с аналогичными нарушениями, которые прошли медикаментозный курс лечения и курс суггестивной психотерапии.

В соответствии с МКБ-10 (международная классификация болезней) распределение пациентов было следующим:

— соматоформная вегетативная дисфункция сердца и сердечно-сосудистой системы — 11 чел. (36%);

— соматоформная вегетативная дисфункция органов желудочно-кишечного тракта — 7 чел. (23%);

— хроническое болевое расстройство — 3 чел. (10%);

— посттравматическое стрессовое расстройство — 2 чел. (6 %);

— смешанное обсессивно-компульсивное расстройство — 2 чел. (6%);

— бронхиальная астма — 2 чел. (6%);

— нейродермит — 3 чел. (10%).

Женщин было 62%, мужчин — 38%. Возраст больных колебался от 18 до 48 лет.

Методы исследований

Исследование проводилось с помощью анамнестического, клинико-патопсихологического методов с применением психологических тестов Шихана, Бека, анализа собственных письменных отчетов пациентов. В среднем курс состоял из 15—20—25 групповых сеансов с последующим применением поддерживающей терапии 1—2 раза в месяц.

Результаты исследования

После проведения курса лечения:

— полная редукция симптоматики состоялась у 56% больных, что является достоверно высшим результатом, чем в контрольной группе (29% Р ≤0,01);

— неполная редукция — у 29% больных;

— незначительный эффект — у 15% больных.

В данной группе преобладали пациенты с длительным сроком болезни, более выраженными ипохондрическими расстройствами, ригидными установками и высоким уровнем неэффективных механизмов внутренней психологической защиты типа «интеллектуализация» и «рационализация».

Среди изменений, которые наблюдались во время сеансов, было выявлено прекращение стойких болевых синдромов в области сердца, желудка, позвоночника; улучшение показателей гемодинамики: стабилизация артериального давления, компенсация нарушений периферического кровообращения.

В группе пациентов с бронхиальной астмой (протекание средней сложности, стаж болезни — 8 и 5 лет, женщины возрастом 37 и 25 лет соответственно) уже на первичном 5-ти дневном цикле занятий сократилось количество приступов бронхоспазма, значительно снизилась их интенсивность. Уменьшились тревожно-фобические проявления и интенсивность страха ожидания «последующего приступа». Курс лечения для этих пациентов составил 25 сеансов по 5 сессий. По окончанию 4-го цикла приступы бронхоспазма прекратились. В дальнейшем уменьшились эмоциональная лабильность, астено-депресивные и ипохондрические нарушения, снизилась реакция фиксации на болезни. То есть состоялась редукция нервно-психических механизмов патогенеза заболевания. Катамнез этих пациентов составил 9 и 8 месяцев, приступов бронхоспазма не регистрировалось. Произошел отказ от ингаляционных бронхолитических препаратов.

В группе пациентов, страдающих нейродермитом (женщины, возраст — 28 и 19 лет, стаж болезни 5 и 3 года соответственно). Курс лечения составил 20 сеансов циклами по 5 сессий. По окончанию первого цикла в обоих случаях прекратился зуд, уменьшилась гиперемия кожи. При проведении следующих циклов лечения редуцировались головные боли, нормализовался ночной сон, снизился уровень тревожности, улучшился фон настроения, повысилась самооценка.

Катамнез данной группы пациентов составил 7 и 11 месяцев, рецидива заболевания зарегистрировано не было. В обоих случаях у пациенток произошла положительная переоценка существующих конфликтных внутрисемейных отношений. Во время проведения сеансов было отмечено снижение интенсивности депрессивных нарушений, исчезли тревога и фобии.

Потенциал трансовой психотерапии является достаточно высоким в плане решения эмоциональных проблем. Пациенты стали более энергичными, свободными и открытыми в общении. Важным следствием терапии является овладение пациентами приемами саморегуляции.

Необходимо подчеркнуть, что для введения в трансовое состояние, которое не является директивным, для рассредоточения внимания мы используем специально подобранную музыку и приемы телесно-ориентированной психотерапии.

Клинический пример. Пациент Б., 48 лет. Диагноз: Соматоформная вегетативная дисфункция сердца и сердечно-сосудистой системы, (шифр МКБ-10, F 45.30). Обратился с жалобами на частые головные боли, неприятные ощущения в затылочной области головы и шейном отделе позвоночника, периодическое повышение артериального давления до 150—170 / 90—100 мм. рт. ст., внутреннее беспокойство, тревожность с чувством ожидания «приступа повышенного давления», сердцебиение, чувство нехватки воздуха, ощущение «жара» и сдавливания в области груди, страх смерти от «кровоизлияния в мозг». Считает себя больным с 1989 г., когда впервые при эмоциональном волнении, связанном с прохождением регулярного диспансерного осмотра (как участник ликвидации последствий аварии на ЧАЭС), «возникла мысль о том, что обязательно выявится какое-то заболевание». Возникло чувство нехватки воздуха, учащенное сердцебиение, «сдавило и запекло в груди», «понял, что могу умереть». «Очень удивился, что все результаты обследований не выявили никакого заболевания», «это меня не успокоило, был убежден, что врачи просто формально отнеслись к осмотру». Приступы возникали почти ежедневно, начал испытывать подавленность настроения, снизился аппетит, появилась несвойственная ранее раздражительность, ухудшился сон, «постоянно испытывал усталость». В силу черт характера «старался не огорчать семью», «все держал в себе», «был уверен, что у меня скрытая лучевая болезнь». Многократно обращался к врачам разных специальностей, проводились разнообразные обследования, не выявляющие каких-либо органических расстройств. Выставлялся диагноз: нейро-циркуляторная дистония по гипертоническому типу. Остеохондроз шейно-грудного отдела позвоночника. Принимал повторные курсы массажа, гипотензивной, кардиоваскулярной и метаболической терапии, эффекта от лечения не было. По рекомендации кардиолога обращался к психотерапевту, проходил курс психотерапии, обучался приемам релаксации, начал интересоваться литературой по психологии и «позитивному мышлению», «повторение самовнушений вызывало еще большую волну внутреннего страха». «Потерял веру в медицину, начал ходить к экстрасенсам, которые убедили меня в том, что у меня порча». Повторные попытки «снятия порчи» состояния не улучшили. По совету психотерапевта периодически, принимал транквилизаторы (фенозепам).

При проведении первого курса трансовой терапии пациент испытывал ощущения внутреннего покоя, успокоения, начал лучше спать, приступы тревоги и внутреннего беспокойства возникали значительно реже, приняли абортивный характер, появилась способность к самоуспокоению. Во время первых 4-х сеансов испытывал неприятные ощущения в различных частях тела (сжатие, онемение, вибрация), при этом возникали разнообразные непроизвольные телодвижения, свидетельствующие о снятии « мышечного панциря». По окончании первого курса терапии (10 сеансов), пациент отмечал отчетливое улучшение самочувствия: уменьшились интенсивность и продолжительность головных болей, стабилизировалось артериальное давление, прошли неприятные ощущения в шейном отделе позвоночника, улучшилось настроение. При 3-х недельном перерыве, до следующего курса терапии, проводимом с целью контроля эффективности лечебных мероприятий, отмечено улучшение качества жизни пациента, появление оптимизма в отношении собственного выздоровления, повысилась способность к контролю поведения.

Во время второго курса терапии уже на первом сеансе пациент испытал «вспышку» памяти, отчетливо вспомнил психотравмирующую ситуацию в период работы в зоне ЧАЕС, зрительные образы сопровождались выраженным чувством страха смерти, пришло осознание причин своего болезненного состояния.

Катамнестическое наблюдение этого пациента составляет 11 месяцев. Эпизодов повышенного артериального давления не зарегистрировано, субъективно чувствует себя здоровым, отмечает не свойственное ему ранее ощущение уверенности в себе и появление положительной жизненной перспективы.

Таким образом, оценивая результаты данного клинического случая, можно сделать выводы о значительной эффективности трансовой терапии у пациентов с соматоформными и психосоматическими расстройствами. Возможность гибкой переработки невротических проблем позволяет говорить о достоверной терапевтической ценности данного метода, особенно у пациентов, для которых традиционная вербальная психотерапия оказалась неэффективной.

Бихевиоральные, психоаналитические, суггестивные подходы в психотерапии достигают разрешения проблем пациентов лишь на биографическом уровне и в ряде случаев бывают неэффективными. Психотерапевтические подходы, ограниченные вербальным общением с пациентом не всегда способны достигнуть сердцевины проблем, лежащих в неосознанной части психики.

Трансовые техники с использованием трансформирующих возможностей измененных состояний сознания и представляющие собой динамический процесс активизации вытесненного материала в неосознанной части психики с разблокировкой информации, сдерживаемой в эмоциональных и соматических симптомах, приводят к освобождению от телесных блоков и зажимов, разрешению внутренних психологических конфликтов и гармонизации психики. Сочетание данной техники с приемами телесно-ориентированной психотерапии значительно повышает эффективность оказания помощи пациентам, страдающим психосоматическими заболеваниями.

Предложенный нами метод психотерапевтического воздействия является эффективным, что подтверждается достоверными статистическими расчетами.

Литература

1. В. Д. Менделевич, С. Л. Соловьева. Неврозология и психосоматическая медицина. — М.: «МЕДпресс-информ»,—2002, 607 с.
2. Пезешкиан Н. Психосоматика и позитивная психотерапия: Пер. с нем. — М.: Медицина, 1996. — 464 с.: ил. 
3. Ересько Д. Б., Исурина Г. Л., Кайдановская Е. В. Алекситимия и методы её определения при пограничных психосоматических расстройствах: Метод. пособие. — Санкт-Петербург, 1993. — c. 21—25.
4. В. В. Козлов. Психотехнологии измененных состояний сознания. Методы и техники. — М.: Изд-во Института Психотерапии, 2001, — 368 с.
5. Гроф С. Путешествия в поисках себя: измерения сознания и новой перспективы в психотерапии и исследовании внутреннего мира. — М.: Изд-во Трансперсонал. ин-та, 1994. — c. 325—368.
6. Я.Л. Обухов. Глубинно-психологические подходы в психотерапии психосоматических заболеваний  // Вісник психічного здоров’я, №2, 1999, с. 34—44.

Семья, если дать ей нужный профессиональный толчок и «запустить» ее положительные силы, способна сама, на основе собственных внутренних ресурсов, помочь своим членам, а не наоборот, усугубить страдания человека, обратившегося за психологической помощью.

Александр Шапиро